polenova: (Default)
У Никиты Поленова был друг детства Коля.
История о странной дружбе )


Все эти годы я не вспоминала о Коле. Я даже фамилию его забыла - он ведь был не мой друг детства.
А вспомнила сейчас, во-первых, потому что все время вспоминаю о Никите, а во-вторых, потому что читая интернет, задумалась, что политические убеждения - это одно, а дружба - совсем другое. Или мы с Поленовым люди настолько беспринципные? У него уже не спросишь.
polenova: (Default)
Первые 27 лет своей жизни я прожила практически в одной и той же квартире. У меня был период в несколько лет ( 2 или 3, не помню), когда я снимала жилье, но основном я никуда не переезжала. Была квартира родителей на Алексея Толстого и дом бабушки с дедушкой в Малаховке. В 27 лет я уехала - и началось. Почему я то и дело переезжала, трудно сказать. Вроде бы причины были объективными, но на самом деле создавала я их себе сама. Чувства дома у меня не было. Я сменила 3 адреса за 3 года жизни в Нью-Йорке, уехала в Бостон, а сколько раз переезжала здесь - не упомнишь. А вот за последнюю квартиру почему-то зацепилась. Возраст, наверно. Я здесь давно живу. Не помню сколько, лет 8-10, наверно. С датами у меня всегда были проблемы.
При моей любви к уборке - шкафы я не разбирала никогда. Как переехали, вещи разложили, так они там и лежали. Локальные изменения, поверхностные, я производила, но до глубоких археологических раскопок дело не доходило. Но время пришло. Потому что я потолcтела. Не слегка, увы, а до полной смены гардероба. Сначала я тешила себя надеждой, что я все-таки похудею, но сменить гардероб проще, чем отказаться от бутербродов по ночам. И я решила, что я уже не девочка, можно побыть и матроной. Серьезной печали в связи с утратой фигуры я испытать никак не смогла, на фига мне изящная фигура в моем вполне зрелом возрасте. И я начала разбирать шкафы.
Ой, какие там обнаружились залежи и сокровища! Я отправляла очередную тряпку в бездонный мешок, предназначенный в Армию Спасения - и вспоминала.
Read more... )
polenova: (Default)
Вот совершенно не помню, писала ли я про тетю Фаню. Если писала - дальше не читайте.
История про орехи )
Ну и чем я не Улицкая? Крещеных евреев не хватает, а так - вполне сюжет. Но крестить тетю Фаню перед смертью я не буду. Она была еврейской девочкой из местечка, не самой красивой, не самой удачливой, но пусть останется как есть.
polenova: (Default)
Мы с Поленовым жили роскошной жизнью нищих. Только нищие бывают свободны - "ибо они наследуют землю" Нищими духом мы не были. Однажды мы нашли на помойке буфет. Огромное строение из черного дерева, похожее на замок, резные двери, колонки, витражи. Комната у нас была 10 квадратных метров. В ней был двуспальный диван, кресло-кровать, мой письменный стол, книжный шкаф во всю стену. В этой комнате, если один стоял - второму приходилось лежать. В эту комнату мы вперли это чудо, пришлось подвинуть кресло-кровать, забыть о том, что за столом можно сидеть. А через год мы уехали. Увезти с собой это антикварное счастье было невозжно, оставить тоже - и мы еого приперли к моей свекрови, Марине Мвановне. Свекровь макала рукми, но буфет мы установили. На кухне в хрушобе. Вынести ее на помойку у нее сил не хватило. Дальнейшую судьбу буфета я не знаю. Но иногда он мне снитстя, с черными резными колонками и витражами. Сейчас Ванька опять скажет, что я сентиментальна, как писатель. Ну сентиментальна, ну и и что? А если ночью мучала меня бессоница, я смотрела в эти витражи и придумывала сказки. Ни одной не помню.
polenova: (Default)
Мы с Поленовым жили роскошной жизнью нищих. Только нищие бывают свободны - "ибо они наследуют землю" Нищими духом мы не были. Однажды мы нашли на помойке буфет. Огромное строение из черного дерева, похожее на замок, резные двери, колонки, витражи. Комната у нас была 10 квадратных метров. В ней был двуспальный диван, кресло-кровать, мой письменный стол, книжный шкаф во всю стену. В этой комнате, если один стоял - второму приходилось лежать. В эту комнату мы вперли это чудо, пришлось подвинуть кресло-кровать, забыть о том, что за столом можно сидеть. А через год мы уехали. Увезти с собой это антикварное счастье было невозжно, оставить тоже - и мы еого приперли к моей свекрови, Марине Мвановне. Свекровь макала рукми, но буфет мы установили. На кухне в хрушобе. Вынести ее на помойку у нее сил не хватило. Дальнейшую судьбу буфета я не знаю. Но иногда он мне снитстя, с черными резными колонками и витражами. Сейчас Ванька опять скажет, что я сентиментальна, как писатель. Ну сентиментальна, ну и и что? А если ночью мучала меня бессоница, я смотрела в эти витражи и придумывала сказки. Ни одной не помню.
polenova: (Default)
Неожиданно вспомилось - это я от безделья ютюб кручу.
87 или 88 год, почему-то я на работе, а мама дома, хотя вечер, я, наверно во вторую смену работала. Мама звонит и спрашивает - "Ты знаешь, кто такой Гребенщиков?" Я удивилась - "Мам, лично - нет, его Поленов знает, а так - ну кто же его не знает? Русский рок, ты всегда плевалась." А мама кричит в телефон - "Он совершенно очаровательный, он такой умный!". Мне потребовалось несколько минут, чтобы разобраться, что мама занята совершенно несвойственным ей занятием, смотрит телевизор. Телевизор стоял в комнате брата, но видимо брат тоже куда-то смотался, и Поленов тоже. Мама осталась одна и включила телевизор. Я промурлыкала "Старик Козлодоев", но мама ничего не слышала - она была в восторге. Через несколько месяцев у меня уже были в кармане билеты на самолет "Москва-Вена", и я смотрела его клип про паровоз и полковника Васина. Я радовалось и боялась - не закрыли бы аэропорт. Тогда это было отчаянной смелостью - так петь. Но уже можно было по телевизору, до идиотского путча и конца СССР оставалось 3 года.
Я была на его концерте в Бостоне. Постарел, волосы зачем-то покрасил в синий цвет, он вялый и равнодушный. Ничего не осталось от того мальчика, который пел про полковника Васина. Даже клип ставить не хочу.
polenova: (Default)
Неожиданно вспомилось - это я от безделья ютюб кручу.
87 или 88 год, почему-то я на работе, а мама дома, хотя вечер, я, наверно во вторую смену работала. Мама звонит и спрашивает - "Ты знаешь, кто такой Гребенщиков?" Я удивилась - "Мам, лично - нет, его Поленов знает, а так - ну кто же его не знает? Русский рок, ты всегда плевалась." А мама кричит в телефон - "Он совершенно очаровательный, он такой умный!". Мне потребовалось несколько минут, чтобы разобраться, что мама занята совершенно несвойственным ей занятием, смотрит телевизор. Телевизор стоял в комнате брата, но видимо брат тоже куда-то смотался, и Поленов тоже. Мама осталась одна и включила телевизор. Я промурлыкала "Старик Козлодоев", но мама ничего не слышала - она была в восторге. Через несколько месяцев у меня уже были в кармане билеты на самолет "Москва-Вена", и я смотрела его клип про паровоз и полковника Васина. Я радовалось и боялась - не закрыли бы аэропорт. Тогда это было отчаянной смелостью - так петь. Но уже можно было по телевизору, до идиотского путча и конца СССР оставалось 3 года.
Я была на его концерте в Бостоне. Постарел, волосы зачем-то покрасил в синий цвет, он вялый и равнодушный. Ничего не осталось от того мальчика, который пел про полковника Васина. Даже клип ставить не хочу.
polenova: (Default)
У нас, окзывается, готовщина ГКЧП, а я прозевала. Повторю коротко, то, что писала тогда. Я была в Америке. Наша иммигрантская комунна спала, первым проснулся литовец Казимир, нащупал бутылочку пива, включил телевизор и заорал так, что мы подпрыгнули - "по Москве идут танки". "Казимир, иди на хуй, шесть утра"! - я собиралась повернуться на другой бок. "Да сама посмотри, танки в Москве!" Я протерла глаза, Казимир не врал. Я ожидала чего-то подобного, но смотреть было страшно. Дозвониться до Москвы было нельзя, операторы нас успокаивали - оставьте телефон, мы перезвоним. Я не знаю, папа у Белого дома или нет. Танки в исполнении СNN выглядят весьма убедительно. Ехать в посольство глупо, визу бы быстро не оформили, а гражданства мы были лишены. Сидели прикованные к телевизору, через часа 4 перезвонили нам, соединили с Москвой. Папа сказал - "у Белого дома делать нечего, стрелять не будут" Как удав Каа - был прав. Потом снимали памятник Дзержинскому, мы выпивали и ликовали - все кончилось, все наконец кончилось! Ликовали преждевремено, но это другая история.
polenova: (Default)
У нас, окзывается, готовщина ГКЧП, а я прозевала. Повторю коротко, то, что писала тогда. Я была в Америке. Наша иммигрантская комунна спала, первым проснулся литовец Казимир, нащупал бутылочку пива, включил телевизор и заорал так, что мы подпрыгнули - "по Москве идут танки". "Казимир, иди на хуй, шесть утра"! - я собиралась повернуться на другой бок. "Да сама посмотри, танки в Москве!" Я протерла глаза, Казимир не врал. Я ожидала чего-то подобного, но смотреть было страшно. Дозвониться до Москвы было нельзя, операторы нас успокаивали - оставьте телефон, мы перезвоним. Я не знаю, папа у Белого дома или нет. Танки в исполнении СNN выглядят весьма убедительно. Ехать в посольство глупо, визу бы быстро не оформили, а гражданства мы были лишены. Сидели прикованные к телевизору, через часа 4 перезвонили нам, соединили с Москвой. Папа сказал - "у Белого дома делать нечего, стрелять не будут" Как удав Каа - был прав. Потом снимали памятник Дзержинскому, мы выпивали и ликовали - все кончилось, все наконец кончилось! Ликовали преждевремено, но это другая история.
polenova: (Default)
Ну раз обещала... Рассказ пока все равно не получается. Было это в прошлом веке, году в 78, я думаю. Кажется, в августе. Мы с соседом закрутили роман. Я не бог весть какой красоты, а парень он был (и есть) - яркий. Я мимо не могла пройти. Вокруг - романтическая Малаховка. Была ли я влюблена - не знаю, наверно. Он не был. И проиграл меня в буру. Ну ладно бы в интеллигентную игру, а в буру! Я ужасно обиделась и ушла с победителем. Победитетель был худенький, болезненый мальчик. Мы взяли с собой транзисторный приемник, слушали Севу Новгородцева по ББС, мы заперлись в маленьком сарайчике позади школы. Лет нам было 15, о сексе и речь не шла, сопливые поцелуи. Я томилась от дикой скуки и тут - удары в дверь и рев - "Открывайте". Не помню, я открыла, или он дверь - если это можно назвать дверь - выбил. Скорее он. И вижу я перед собой человека - в одной руке обломок железной трубы, в другой - полбутылки водки: "Я тебя сейчас убивать буду!" Я знала, что он не пьет, водка показалась театральной. Подошла, отодвинула трубу, я же знала, что он меня не ударит, а бутылку давать не хотел. Но руки крутить не стал. Понюхала - вода. А в это время с двух сторон летят две наших бабушки - одна матом орет, другая тоже не самой норматвной лексикой. Вот так и жива осталась Дездемона.
За воду в в водочной бутылке я потом ругалась, а он оправдывался - "мне было некогда, что было, то и налил".
А Игорек, с которым мы в сарае сидели, в 18 лет умер от рака.
polenova: (Default)
Ну раз обещала... Рассказ пока все равно не получается. Было это в прошлом веке, году в 78, я думаю. Кажется, в августе. Мы с соседом закрутили роман. Я не бог весть какой красоты, а парень он был (и есть) - яркий. Я мимо не могла пройти. Вокруг - романтическая Малаховка. Была ли я влюблена - не знаю, наверно. Он не был. И проиграл меня в буру. Ну ладно бы в интеллигентную игру, а в буру! Я ужасно обиделась и ушла с победителем. Победитетель был худенький, болезненый мальчик. Мы взяли с собой транзисторный приемник, слушали Севу Новгородцева по ББС, мы заперлись в маленьком сарайчике позади школы. Лет нам было 15, о сексе и речь не шла, сопливые поцелуи. Я томилась от дикой скуки и тут - удары в дверь и рев - "Открывайте". Не помню, я открыла, или он дверь - если это можно назвать дверь - выбил. Скорее он. И вижу я перед собой человека - в одной руке обломок железной трубы, в другой - полбутылки водки: "Я тебя сейчас убивать буду!" Я знала, что он не пьет, водка показалась театральной. Подошла, отодвинула трубу, я же знала, что он меня не ударит, а бутылку давать не хотел. Но руки крутить не стал. Понюхала - вода. А в это время с двух сторон летят две наших бабушки - одна матом орет, другая тоже не самой норматвной лексикой. Вот так и жива осталась Дездемона.
За воду в в водочной бутылке я потом ругалась, а он оправдывался - "мне было некогда, что было, то и налил".
А Игорек, с которым мы в сарае сидели, в 18 лет умер от рака.
polenova: (Default)
С российскими олигархами меня в основном связывают косвенные знакомства. Юру Лужкова хорошо знает мой папа, а я видела в детстве. Опять же папа и еще его близкий друг были знакомы с Березовским, когда он еще был простым старшим научным сотрудником. С Ходорковским в одной группе учился мой "первая любовь" и имел общие дела мой муж. С Абрамовмчем судьба меня не сталкивала.
А вот у олигарха второго эшелона Вити Вексельберга я работала. Целых два дня. Витя тогда не был олигархом, он был маленьким смешным лохматым евреем, бывшим маминым студентом, и работал в заведении с потрясающим названием "НИИ безштанговых насосов". Убейте меня, чтобы я знала, что это значит и каких штанг не хватало этим насосам. Мама моя озаботилась материальным положением меня и друга моего Женечки. Мы учились в институте, умудрились создать себе каждый по семье, но в силу возраста, не озаботились материльной базой. И мама пристроила нас на работу операторами ЭВМ на полставки к своему бывшему студенту. Зарплата была оглушительной - рублей 40, за несколько часов в день. Обязанностей практически никаких. В первый день Витя с нами познакомился ( ну меня-то он знал), отвел в отдел кадров и убежал. Во второй день мы вышли исполнять служебные обязанности. Мне было велено что-то набить на перфокартах, а беспокойная Женина душа жаждала подвига. Он бродил по машинному залу и внимание его привлек огроменный дисковод ( времена были далекие, дисковод был размером с небольшой комод и уютно жужжал). "Что это?" - спросил Женя. "Дисковод," - ответила я. "Большой какой", восхитился Женька, и принялся пальцем подцеплять крышку. "Не трожь!" - но мой вопль потонул в скрежещущих звуках. Потом замигали красные лампочки, потом вбежали электронщики, потом Витя... Нас уволили молниеносно и без выходного пособия. Дисковод погиб. По дороге домой Женька ворчал - "Ну и техника, никакой защиты от идиота!" "Молчи уже", - отвечала я, - "Ты- вагоны пойдешь разгружать на Москва-Товарная, а я?"
Так и закончилась моя дружба с будущим олигархом... А он бы сейчас мог подарить мне тысяч 30, для него не деньги, а я бы решила проблемы. К Лужкову, что ли в ножки кинуться, для него тоже не деньги - но папа не одобрит. Папа сказал, что долларов 300 даст, но это не решит моих проблем. Березовский тоже отпадает. Ходорковский в тюрьме, а я - не Скарлет О'Хара... Олигархи, которых я забыла, подайте бывшему члену государственной думы?
polenova: (Default)
С российскими олигархами меня в основном связывают косвенные знакомства. Юру Лужкова хорошо знает мой папа, а я видела в детстве. Опять же папа и еще его близкий друг были знакомы с Березовским, когда он еще был простым старшим научным сотрудником. С Ходорковским в одной группе учился мой "первая любовь" и имел общие дела мой муж. С Абрамовмчем судьба меня не сталкивала.
А вот у олигарха второго эшелона Вити Вексельберга я работала. Целых два дня. Витя тогда не был олигархом, он был маленьким смешным лохматым евреем, бывшим маминым студентом, и работал в заведении с потрясающим названием "НИИ безштанговых насосов". Убейте меня, чтобы я знала, что это значит и каких штанг не хватало этим насосам. Мама моя озаботилась материальным положением меня и друга моего Женечки. Мы учились в институте, умудрились создать себе каждый по семье, но в силу возраста, не озаботились материльной базой. И мама пристроила нас на работу операторами ЭВМ на полставки к своему бывшему студенту. Зарплата была оглушительной - рублей 40, за несколько часов в день. Обязанностей практически никаких. В первый день Витя с нами познакомился ( ну меня-то он знал), отвел в отдел кадров и убежал. Во второй день мы вышли исполнять служебные обязанности. Мне было велено что-то набить на перфокартах, а беспокойная Женина душа жаждала подвига. Он бродил по машинному залу и внимание его привлек огроменный дисковод ( времена были далекие, дисковод был размером с небольшой комод и уютно жужжал). "Что это?" - спросил Женя. "Дисковод," - ответила я. "Большой какой", восхитился Женька, и принялся пальцем подцеплять крышку. "Не трожь!" - но мой вопль потонул в скрежещущих звуках. Потом замигали красные лампочки, потом вбежали электронщики, потом Витя... Нас уволили молниеносно и без выходного пособия. Дисковод погиб. По дороге домой Женька ворчал - "Ну и техника, никакой защиты от идиота!" "Молчи уже", - отвечала я, - "Ты- вагоны пойдешь разгружать на Москва-Товарная, а я?"
Так и закончилась моя дружба с будущим олигархом... А он бы сейчас мог подарить мне тысяч 30, для него не деньги, а я бы решила проблемы. К Лужкову, что ли в ножки кинуться, для него тоже не деньги - но папа не одобрит. Папа сказал, что долларов 300 даст, но это не решит моих проблем. Березовский тоже отпадает. Ходорковский в тюрьме, а я - не Скарлет О'Хара... Олигархи, которых я забыла, подайте бывшему члену государственной думы?
polenova: (Default)
Я не знала, рассказывать ли эту историю – меня она не украшает. Да из песни слова не выкинешь. Навел меня на эти воспоминания пост в сообществе «старперы» о списке трав для выкидыша.
В России с абортами было плохо. Т.е. плохо было с противозачаточными средствами, а дальше – следствие. Москва кое-как выживала, а в провинции и вовсе беда. Аборт без наркоза, позор на всю деревню – знала я об этом понаслышке. У меня имелись – в любом порядке расставьте – мозги, понимающая мама, подруга-акушерка. Так что лично я обошлась почти без проблем.
Году этак в 83-84 приехал к нам друг из Ростова. С девушкой. Девушка была из Донбаса, училась там в каком-то пединституте и девушке требовался аборт. Даже при наших медицинских связях устроить ее с наркозом бесплатно мы не могли. А платно с иногородних такса превышала заветную сумму в 50 рублей. Поленов был старше меня и умнее. Он сказал, что в дело это ввязываться не будет и мне категорически запрешает, потому что грех – оно само собой, но дело пахнет тюрьмой. «Грех и отмолить можно, а в тюрьме сидеть придется» - так или примерно так высказался мой муж. Самый лучший способ заставить меня что-то сделать – это мне запретить. У меня проблемы детского негативизма. На девушку было мне наплевать, но тут я немедленно вызвонила подружку-врача и изложила горестные обстоятельства. Она взялась мне и девушке помочь, а именно сделать укол, стимулирующий ...– слабонервным не читать. Сроки позволяли. Дождались мы, пока Поленова не будет дома, приехала подруга, посмотрела, противопоказаний не нашла, сделала укол и уехала. Она бы осталась, но очень плохо себя чувствовала.
А через пару часов начался кошмар. Девушка орала, я вытаскивала окровавленные простыни и тащила в ванную, бежала к ней, бестолково совала то анальгин, то ношпу, и названивала подруге-врачу. Та наконец отозвалась. У нее приключился острый грипп, температура 39, понимает она меня с трудом. «Сонька, - ору, - она умирает!!» «Хуйня, - филосовски отвечает больная Сонька, - это я умираю, а у нее выкидыш» «Сонька, она правда умирает!!!!» - а девка под это дело орет благим матом, потом стонет тихонько, и гора простыней в ванной растет, и чистых у меня больше нет, скатерти в ход пошли. Сонька все-таки отрвала себя от постели и приехала – а ехать было полтора часа в одну сторону. А тут и Поленов подошел. Крики он с лестницы услышал, а увидев пятна крови - ... ну голову он не открутил ни мне, ни Соньке, потому что некогда было. Сонька к нему кинулась – привези лекарств, я выпишу, да хоть новокоина, боль бы снять, я ж ее посмотреть не могу! А какие лекарства, если время 12 ночи , мы живем в Бибирево, а ближайшая аптека дежурная в центре! Район - ни бандитов, ни милиции, о такси вообще не слыхали.
- Вызываем скорую, - вношу я разумное предложение.
- Угу, - отвечает Сонька, - сядем усе. Я – как исполнитель – на 8, а вы – года на три не больше.
-А если помрет?
- Тогда тоже сядем, - отвечает Поленов, - только за убийство.
-Не, - меланхолично поправляет Сонька, - вы – за неоказание помощи, только я за убийство. Если не повезет.
- А если повезет?
- Тогда за криминальный аборт и нанесенье ущерба повлекшее смерть пациента. Ну и по совокупности – на квартире, не имела права.. У тебя уголовный кодекс есть?
- Нет
- А водка?
- Водка есть, но скорую-то вызывать?
-Вызывай. Сядем усе. Только водки пока дай.
Некоторое время мы так беседовали, девица орала ( ох голосистые дивчины в Донбасе!), а потом Поленов встал, позвонил куда-то ( из сортира он звонил, не слышно было), оделся и уехал. А вернувшись часа через полтора сделал девице укол. Что он сделал – не знаю, да и гадать не буду, только еще через 20 минут она заснула, и кровотечение оказалось не таким страшным, и мы с Сонькой, даже не прикончив водку, попадали спать. А утром дивчина наша – она проснулась раньше всех – разбудила нас звонким украинским говором – «Ой да шо же у вас все в крови? Ох вже вы, москали, неряхи!»
Девушка прожила у нас еще месяц, ей совсем не хотелось в Донбас. Мы к ней даже привыкли, только Сонька все время поглядывала на нее насторожено. А простыни и скатерти Поленов отстирал. Ох и матерился же он! Оказалось, что во время этого бедлама, он сообразил замочить их в ванне. А кто белье замочил, тот и стирает.
Все прошло, нет ни квартиры в Бибирево, ни той прошлой жизни, но осадочек остался – «Сядем усе». Подозреваю, что и Поленов уголовный кодекс тогда нарушил, да кто нам теперь считает...
polenova: (Default)
Я не знала, рассказывать ли эту историю – меня она не украшает. Да из песни слова не выкинешь. Навел меня на эти воспоминания пост в сообществе «старперы» о списке трав для выкидыша.
В России с абортами было плохо. Т.е. плохо было с противозачаточными средствами, а дальше – следствие. Москва кое-как выживала, а в провинции и вовсе беда. Аборт без наркоза, позор на всю деревню – знала я об этом понаслышке. У меня имелись – в любом порядке расставьте – мозги, понимающая мама, подруга-акушерка. Так что лично я обошлась почти без проблем.
Году этак в 83-84 приехал к нам друг из Ростова. С девушкой. Девушка была из Донбаса, училась там в каком-то пединституте и девушке требовался аборт. Даже при наших медицинских связях устроить ее с наркозом бесплатно мы не могли. А платно с иногородних такса превышала заветную сумму в 50 рублей. Поленов был старше меня и умнее. Он сказал, что в дело это ввязываться не будет и мне категорически запрешает, потому что грех – оно само собой, но дело пахнет тюрьмой. «Грех и отмолить можно, а в тюрьме сидеть придется» - так или примерно так высказался мой муж. Самый лучший способ заставить меня что-то сделать – это мне запретить. У меня проблемы детского негативизма. На девушку было мне наплевать, но тут я немедленно вызвонила подружку-врача и изложила горестные обстоятельства. Она взялась мне и девушке помочь, а именно сделать укол, стимулирующий ...– слабонервным не читать. Сроки позволяли. Дождались мы, пока Поленова не будет дома, приехала подруга, посмотрела, противопоказаний не нашла, сделала укол и уехала. Она бы осталась, но очень плохо себя чувствовала.
А через пару часов начался кошмар. Девушка орала, я вытаскивала окровавленные простыни и тащила в ванную, бежала к ней, бестолково совала то анальгин, то ношпу, и названивала подруге-врачу. Та наконец отозвалась. У нее приключился острый грипп, температура 39, понимает она меня с трудом. «Сонька, - ору, - она умирает!!» «Хуйня, - филосовски отвечает больная Сонька, - это я умираю, а у нее выкидыш» «Сонька, она правда умирает!!!!» - а девка под это дело орет благим матом, потом стонет тихонько, и гора простыней в ванной растет, и чистых у меня больше нет, скатерти в ход пошли. Сонька все-таки отрвала себя от постели и приехала – а ехать было полтора часа в одну сторону. А тут и Поленов подошел. Крики он с лестницы услышал, а увидев пятна крови - ... ну голову он не открутил ни мне, ни Соньке, потому что некогда было. Сонька к нему кинулась – привези лекарств, я выпишу, да хоть новокоина, боль бы снять, я ж ее посмотреть не могу! А какие лекарства, если время 12 ночи , мы живем в Бибирево, а ближайшая аптека дежурная в центре! Район - ни бандитов, ни милиции, о такси вообще не слыхали.
- Вызываем скорую, - вношу я разумное предложение.
- Угу, - отвечает Сонька, - сядем усе. Я – как исполнитель – на 8, а вы – года на три не больше.
-А если помрет?
- Тогда тоже сядем, - отвечает Поленов, - только за убийство.
-Не, - меланхолично поправляет Сонька, - вы – за неоказание помощи, только я за убийство. Если не повезет.
- А если повезет?
- Тогда за криминальный аборт и нанесенье ущерба повлекшее смерть пациента. Ну и по совокупности – на квартире, не имела права.. У тебя уголовный кодекс есть?
- Нет
- А водка?
- Водка есть, но скорую-то вызывать?
-Вызывай. Сядем усе. Только водки пока дай.
Некоторое время мы так беседовали, девица орала ( ох голосистые дивчины в Донбасе!), а потом Поленов встал, позвонил куда-то ( из сортира он звонил, не слышно было), оделся и уехал. А вернувшись часа через полтора сделал девице укол. Что он сделал – не знаю, да и гадать не буду, только еще через 20 минут она заснула, и кровотечение оказалось не таким страшным, и мы с Сонькой, даже не прикончив водку, попадали спать. А утром дивчина наша – она проснулась раньше всех – разбудила нас звонким украинским говором – «Ой да шо же у вас все в крови? Ох вже вы, москали, неряхи!»
Девушка прожила у нас еще месяц, ей совсем не хотелось в Донбас. Мы к ней даже привыкли, только Сонька все время поглядывала на нее насторожено. А простыни и скатерти Поленов отстирал. Ох и матерился же он! Оказалось, что во время этого бедлама, он сообразил замочить их в ванне. А кто белье замочил, тот и стирает.
Все прошло, нет ни квартиры в Бибирево, ни той прошлой жизни, но осадочек остался – «Сядем усе». Подозреваю, что и Поленов уголовный кодекс тогда нарушил, да кто нам теперь считает...
polenova: (Default)
Я не знаю, куда его девать. Пусть здесь будет. Всем, кто хочет ругать - мне самой не нравится, честное слово! Может потом переделаю, я может выброшу на хрен. За конструктивную критику буду благодарна, за совет "выбросить" - тоже. Я не кокетничаю, мне очень не нравится, а как переделать, и надо ли - пока не поняла. Вот это счастье:
Read more... )
polenova: (Default)
Я не знаю, куда его девать. Пусть здесь будет. Всем, кто хочет ругать - мне самой не нравится, честное слово! Может потом переделаю, я может выброшу на хрен. За конструктивную критику буду благодарна, за совет "выбросить" - тоже. Я не кокетничаю, мне очень не нравится, а как переделать, и надо ли - пока не поняла. Вот это счастье:
Read more... )
polenova: (Default)
Если вам понравилось про картошку, могу дополнить деталями. Под катом ненормативная лексика.
Read more... )

October 2015

S M T W T F S
    123
456789 10
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:37 pm
Powered by Dreamwidth Studios