polenova: (Default)
У Никиты Поленова был друг детства Коля.
История о странной дружбе )


Все эти годы я не вспоминала о Коле. Я даже фамилию его забыла - он ведь был не мой друг детства.
А вспомнила сейчас, во-первых, потому что все время вспоминаю о Никите, а во-вторых, потому что читая интернет, задумалась, что политические убеждения - это одно, а дружба - совсем другое. Или мы с Поленовым люди настолько беспринципные? У него уже не спросишь.
polenova: (Default)
По ссылке - Никита Поленов. Совсем молодой, поет про реку.
Не могу понять, сколько ему тут лет. И прическу такую не помню. Мы с ним были знакомы с 1979 года. Это, наверно, примерно того времени. Боже, как давно...
https://www.facebook.com/photo.php?v=10200617309913838
А у меня молодых его фотографий не осталось совсем. И записей старых тоже.
polenova: (Default)
Я все о голубых глазах говорю - ну вот они, голубые. Ему под 60, раньше волосы были черные, сейчас слегка поседели, а глаза все равно голубые. Смерть моя - синие глаза. Говорила мне мама, да не слушала я - мама говорила, что не во внешности дело, а мне синие глаза подай, не синие, голубые, прозрачные - и я душу продам, ей-богу. Это мой бывший муж, Никита Поленов. Душу закладывать не пришлось, прожили 10 лет. Смотрите сами:
polenova: (Default)
Я все о голубых глазах говорю - ну вот они, голубые. Ему под 60, раньше волосы были черные, сейчас слегка поседели, а глаза все равно голубые. Смерть моя - синие глаза. Говорила мне мама, да не слушала я - мама говорила, что не во внешности дело, а мне синие глаза подай, не синие, голубые, прозрачные - и я душу продам, ей-богу. Это мой бывший муж, Никита Поленов. Душу закладывать не пришлось, прожили 10 лет. Смотрите сами:
polenova: (Default)
В загробной России наверное вечер и снег
Друзья за вином у кого-нибудь в вечных гостях
А зиму я этой зимой не видал и во сне
Неужто и память о ней - одуванный пустяк?

На стебле пупырышик голый, а пух улетел
Щекой не приластишься, не погадать о любви
Какой-то сквозняк воровато унес между дел
Три снежные дюжины лет - восклицай, да лови

Земля моя, моя где ты - тоскливая песня без слов
.... ( не помню) с бумажных листов
Я книгу закрою закрою, ничто не вложив меж страниц
Не слезы, а пыль утирая с дрожащих ресниц

И к богу я так же когда-то приду налегке
И немо пустой стебелек протяну в кулаке
И пухом январским простит меня эта земля
Гробы и сугробы холодной рукой шевеля.

Это Никита Поленов, опубликовано без ведома автора, я хотела спросить разрешения, но он к телефону не подходит.
Это тоже он:

И опять у золы я еврейскую скрипку настрою
Бессловесный псалом прошуршит пересохшим ручьем
И на мертвый песок под седою Сионской горою
Без остатка прольюсь, просто так, ни о ком, ни о чем

Все рабы отдают господам свою пригоршню боли
Про звериную удаль и стать - мне она не чета
Я у моря, кто здесь перейдет, как не сеятель соли
да и чем заплачу, все богатства мои - нищета...

А не фиг к телефону не подходить, что помню, то и печатаю. Извини, Никита, но очень захотелось. Первое - стишок, а второе - песня очень красивая.
polenova: (Default)
В загробной России наверное вечер и снег
Друзья за вином у кого-нибудь в вечных гостях
А зиму я этой зимой не видал и во сне
Неужто и память о ней - одуванный пустяк?

На стебле пупырышик голый, а пух улетел
Щекой не приластишься, не погадать о любви
Какой-то сквозняк воровато унес между дел
Три снежные дюжины лет - восклицай, да лови

Земля моя, моя где ты - тоскливая песня без слов
.... ( не помню) с бумажных листов
Я книгу закрою закрою, ничто не вложив меж страниц
Не слезы, а пыль утирая с дрожащих ресниц

И к богу я так же когда-то приду налегке
И немо пустой стебелек протяну в кулаке
И пухом январским простит меня эта земля
Гробы и сугробы холодной рукой шевеля.

Это Никита Поленов, опубликовано без ведома автора, я хотела спросить разрешения, но он к телефону не подходит.
Это тоже он:

И опять у золы я еврейскую скрипку настрою
Бессловесный псалом прошуршит пересохшим ручьем
И на мертвый песок под седою Сионской горою
Без остатка прольюсь, просто так, ни о ком, ни о чем

Все рабы отдают господам свою пригоршню боли
Про звериную удаль и стать - мне она не чета
Я у моря, кто здесь перейдет, как не сеятель соли
да и чем заплачу, все богатства мои - нищета...

А не фиг к телефону не подходить, что помню, то и печатаю. Извини, Никита, но очень захотелось. Первое - стишок, а второе - песня очень красивая.
polenova: (Default)
А с ней заодно и бессоница. Время - 6 утра, а я не сплю. Гори оно огнем - я не сплю всю ночь. Прочла идиотский детектив. Послушала кошачью драку под окном, разбудила мужа - потому что это орал наш кот. Муж кота не поймал, но теперь тоже не спит. Кот пропал 3 месяца назад, когда умер пес. За это время мы его видели много раз, но в руки он не дается.
Но я вообще-то, не о котах и не о собаках. Я нынче про любовь и про стихи. (вы уж иеня простите за опечатки - клавиатура неисправна, и стол сломался, она падает все время,) а ей это не идет на пользу, печатает все хуже и хуже.)
я всю жизнь завмдую подружке, которой ее друг написал
"Любимая, ты меня жди
Ты меня жди, я вернусь
Этого утра холодные улочки..."

Там еще было "влажными нежно-плохими фиалками"
Да ладно, не мне это написано, а ей.

А мне больше все гадость какую-то, разве что один раз в 79, и то сомнительно:

В тихой горечи ночной
Путешествовать по крышам
Где сквозняк свободный дышит
В трубах рядом с головой

Тише, руку, ангел мой
Там целуются соседи
Чтоб умаятся в расвете
Между рынком и тюрьмой

Тушки спящих голубей
Как плетеные корзинки
Запах дальний керосинки
Голубей и голубей

Наш сегодняшний поход
лег по перышкам и бликам
в этом городе великом
наше место - дымоход.
polenova: (Default)
А с ней заодно и бессоница. Время - 6 утра, а я не сплю. Гори оно огнем - я не сплю всю ночь. Прочла идиотский детектив. Послушала кошачью драку под окном, разбудила мужа - потому что это орал наш кот. Муж кота не поймал, но теперь тоже не спит. Кот пропал 3 месяца назад, когда умер пес. За это время мы его видели много раз, но в руки он не дается.
Но я вообще-то, не о котах и не о собаках. Я нынче про любовь и про стихи. (вы уж иеня простите за опечатки - клавиатура неисправна, и стол сломался, она падает все время,) а ей это не идет на пользу, печатает все хуже и хуже.)
я всю жизнь завмдую подружке, которой ее друг написал
"Любимая, ты меня жди
Ты меня жди, я вернусь
Этого утра холодные улочки..."

Там еще было "влажными нежно-плохими фиалками"
Да ладно, не мне это написано, а ей.

А мне больше все гадость какую-то, разве что один раз в 79, и то сомнительно:

В тихой горечи ночной
Путешествовать по крышам
Где сквозняк свободный дышит
В трубах рядом с головой

Тише, руку, ангел мой
Там целуются соседи
Чтоб умаятся в расвете
Между рынком и тюрьмой

Тушки спящих голубей
Как плетеные корзинки
Запах дальний керосинки
Голубей и голубей

Наш сегодняшний поход
лег по перышкам и бликам
в этом городе великом
наше место - дымоход.
polenova: (Default)
Я вот все думаю, думаю... Если вас заставить писать программы на VB, вы тоже задумаетесь о вечном, потому что о чем-то же думать надо! А не только об индусском способе программировать. Я не расист, ребята эти - умные и доброжелательные, а то что их не научили элементарной культуре ( в программировании тоже есть культура) - не их вина, скорее учителей. Но я не об этом, я об эмиграции.
Так вот, прочитала я тут один старый очень пост в журнале azbukivedi - забавный, мне понравился - так зачем же уезжали мы - колбасная эмиграция. И захотелось мне объяснить, зачем я. Хотя колбаса - не последний из стимулов. Вообще-то я уезжала за квартирный вопрос и джинсы. Джинсы в смысле - штаны на каждый день. Из чего бы они не были сшиты, их хотелось иметь - ну хоть три пары, бросим американские заморочки, типа менять одежду каждый день. И стирать, желательно, не руками. У мужа моего Поленова руки были здоровые, и каждый раз, стирая мои единственные джинсы ( а их еще просушить до утра, но Поленов выжимал хорошо), говорил - да не буду я повторять что говорил великий русский поэт в адрес своей несчастной родины. Великому русскому поэту было легче, ему две пары джинсов привез из Америки бывший ( ну тогда настоящий) тесть. Джинсы были прочнее браков. Семьи разрушишились и сложились заново, а штаны остались. И Поленов их носил. И не давал женам - бывшей и настоящей. Жены отличались ростом, но не размером попы, а потому Поленов мог запросто обнаружить себя лишенным штанов вообще, потому что одна жена ушла в бежевых ( их мы особенно не могли поделить), а другая - в черных. А третьих - не было, мои в это время сушились.
polenova: (Default)
Я вот все думаю, думаю... Если вас заставить писать программы на VB, вы тоже задумаетесь о вечном, потому что о чем-то же думать надо! А не только об индусском способе программировать. Я не расист, ребята эти - умные и доброжелательные, а то что их не научили элементарной культуре ( в программировании тоже есть культура) - не их вина, скорее учителей. Но я не об этом, я об эмиграции.
Так вот, прочитала я тут один старый очень пост в журнале azbukivedi - забавный, мне понравился - так зачем же уезжали мы - колбасная эмиграция. И захотелось мне объяснить, зачем я. Хотя колбаса - не последний из стимулов. Вообще-то я уезжала за квартирный вопрос и джинсы. Джинсы в смысле - штаны на каждый день. Из чего бы они не были сшиты, их хотелось иметь - ну хоть три пары, бросим американские заморочки, типа менять одежду каждый день. И стирать, желательно, не руками. У мужа моего Поленова руки были здоровые, и каждый раз, стирая мои единственные джинсы ( а их еще просушить до утра, но Поленов выжимал хорошо), говорил - да не буду я повторять что говорил великий русский поэт в адрес своей несчастной родины. Великому русскому поэту было легче, ему две пары джинсов привез из Америки бывший ( ну тогда настоящий) тесть. Джинсы были прочнее браков. Семьи разрушишились и сложились заново, а штаны остались. И Поленов их носил. И не давал женам - бывшей и настоящей. Жены отличались ростом, но не размером попы, а потому Поленов мог запросто обнаружить себя лишенным штанов вообще, потому что одна жена ушла в бежевых ( их мы особенно не могли поделить), а другая - в черных. А третьих - не было, мои в это время сушились.
polenova: (Default)
Это пост - месть. Моему лучшему другу аТрорину. Я так, разумеется, не умею. Это Поленов.

В загробной России, наверное, вечер и снег,
Друзья за вином у кого-нибудь в вечных гостях,
А зиму я этой зимой не видал и во сне,
неужто и память о ней - одуванный пустяк?

На стебле пупырышек голый, а пух улетел,
Щекой не приластиться, не погадать о любви,
Какой-то сквозняк воровато унес в суете
Три снежные дюжины лет, окликай да лови.

Земля моя, где ты - осиная песня без слов,
Лишь лунные шепчутся вести с бумажных листов,
Я книгу закрою, ничто не вложив меж страниц,
Не слезы, а пыль утирая с дрожащих ресниц.

И к богу я так же когда-то приду налегке,
И немо пустой стебелек протяну в кулаке,
И пухом январским простит меня эта земля,
Гробы и сугробы бессонной рукой шевеля.
polenova: (Default)
Это пост - месть. Моему лучшему другу аТрорину. Я так, разумеется, не умею. Это Поленов.

В загробной России, наверное, вечер и снег,
Друзья за вином у кого-нибудь в вечных гостях,
А зиму я этой зимой не видал и во сне,
неужто и память о ней - одуванный пустяк?

На стебле пупырышек голый, а пух улетел,
Щекой не приластиться, не погадать о любви,
Какой-то сквозняк воровато унес в суете
Три снежные дюжины лет, окликай да лови.

Земля моя, где ты - осиная песня без слов,
Лишь лунные шепчутся вести с бумажных листов,
Я книгу закрою, ничто не вложив меж страниц,
Не слезы, а пыль утирая с дрожащих ресниц.

И к богу я так же когда-то приду налегке,
И немо пустой стебелек протяну в кулаке,
И пухом январским простит меня эта земля,
Гробы и сугробы бессонной рукой шевеля.
polenova: (Default)
Пока далеко до кораблекрушенья
Но кто-то все тянет спасательный круг
Кому-то дано принимать утешенья
Кто рыщет, кто спит, а кому недосуг

Интимных безумий стальная окрошка
Помпейского танца немой пируэт
И мечется разум, как дикая кошка
Из плена поверив в призывный дуэт

Деревья сгибаются, форточки бьются
От мерзлого воздуха телу легко
Кончается время, и в маленьком блюдце
Скисает отныне твое молоко.

Я так не умею. Поленов, конечно. Называется "Грех". У этого стишка пара была, не знаю почему он их объединил:

В тихом городе ночном
Путешествовать по крышам
Где сквозняк холодный слышен
В трубах рядом с головой

Тише, руку, ангел мой,
Там целуются соседи,
Чтоб умаятся в рассвете
Между рынком и тюрьмой

Наш сегодняшний поход
Лег по перышкам и бликам,
В этом городе великом
Наше место - дымоход.

Второе посвящено мне. Не очень понятно, стоит ли этим гордиться, но стишок хороший.
polenova: (Default)
Пока далеко до кораблекрушенья
Но кто-то все тянет спасательный круг
Кому-то дано принимать утешенья
Кто рыщет, кто спит, а кому недосуг

Интимных безумий стальная окрошка
Помпейского танца немой пируэт
И мечется разум, как дикая кошка
Из плена поверив в призывный дуэт

Деревья сгибаются, форточки бьются
От мерзлого воздуха телу легко
Кончается время, и в маленьком блюдце
Скисает отныне твое молоко.

Я так не умею. Поленов, конечно. Называется "Грех". У этого стишка пара была, не знаю почему он их объединил:

В тихом городе ночном
Путешествовать по крышам
Где сквозняк холодный слышен
В трубах рядом с головой

Тише, руку, ангел мой,
Там целуются соседи,
Чтоб умаятся в рассвете
Между рынком и тюрьмой

Наш сегодняшний поход
Лег по перышкам и бликам,
В этом городе великом
Наше место - дымоход.

Второе посвящено мне. Не очень понятно, стоит ли этим гордиться, но стишок хороший.
polenova: (Default)
Вспомнила замечательное стихотворение Поленова, но не до конца. Может кто помнит?

Мне пора уходить, я вернусь через тысячу лет,
С буйволиной спины уроню на последне заставе,
Те слова, что скопил по дороге, в закат прорастстая,
Словно соли щепопотку на счастье, на собственный след.

Праотцы, перессорившись, рушат торжественный строй,
И сегодня, как, впрочем, всегда, молчаливы потомки,
Ну а я, точно лошадь, кошусь напряженной ноздрей
На холодную пыль океана судьбы незнакомки,

Над отчизной моей на века воцарилась луна,
На Востоке родившись, на запад заходит светило,
Ну а я только солнце хвалил до пьяна,
А о ночи сказазать мне ни слов, ни тоски не хватило

Я конечно вернусь, я пройду через гибель и жизнь
Через тысячу лет, населенных Синдбадовым бредом,
Я конечно вернусь...
Сквозь ворота восточные, солнцу по-прежнему предан.

Upd. Я вспомнила все, кроме одной строчки. Ну помогите! Пунктуация моя, не помню я, как он запятые расставлял. А эпиграф был, конечно, "Корабли постоят, и ложатся на курс".
polenova: (Default)
Вспомнила замечательное стихотворение Поленова, но не до конца. Может кто помнит?

Мне пора уходить, я вернусь через тысячу лет,
С буйволиной спины уроню на последне заставе,
Те слова, что скопил по дороге, в закат прорастстая,
Словно соли щепопотку на счастье, на собственный след.

Праотцы, перессорившись, рушат торжественный строй,
И сегодня, как, впрочем, всегда, молчаливы потомки,
Ну а я, точно лошадь, кошусь напряженной ноздрей
На холодную пыль океана судьбы незнакомки,

Над отчизной моей на века воцарилась луна,
На Востоке родившись, на запад заходит светило,
Ну а я только солнце хвалил до пьяна,
А о ночи сказазать мне ни слов, ни тоски не хватило

Я конечно вернусь, я пройду через гибель и жизнь
Через тысячу лет, населенных Синдбадовым бредом,
Я конечно вернусь...
Сквозь ворота восточные, солнцу по-прежнему предан.

Upd. Я вспомнила все, кроме одной строчки. Ну помогите! Пунктуация моя, не помню я, как он запятые расставлял. А эпиграф был, конечно, "Корабли постоят, и ложатся на курс".
polenova: (Default)
Просили поместить Помещаем:
Судьба Никиты Поленова
polenova: (Default)
Просили поместить Помещаем:
Судьба Никиты Поленова

October 2015

S M T W T F S
    123
456789 10
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:41 pm
Powered by Dreamwidth Studios