polenova: (Default)
papa
Моего папы нет, Он был убежденным атеистом, и говорил, что после смерти на могиле вырастет лопух. Если повезет. А то и лопух не вырастет. Я думаю, что каждому - по вере, и я папу еще увижу. Я не могу думать как папа, мне легче иногда представлять себе, что вот там, за чертой, я увижу и маму, и папу, и бабушку, и дедушку...
Папа у меня был удивительным. Я могла ссориться с мамой ( чего сейчас простить себе не могу), но с папой я не ссорилась почти никогда. Был один случай, который не хочется вспоминать, но всего один - за довольно долгую жизнь. Наверно, даже больше чем я, могут рассказать о моем папе мои друзья. Потому что он их любил и они его тоже.
В 19 лет мне пришло в голову выйти замуж. Папа мой был человеком очень сдержаным, мама пыталась поскандалить, а папа отнесся спокойно - ну замуж, так замуж. Дочка хочет - пускай. Кольцо купил. Я с этим кольцом потом еще три раза замуж выходила, потом оно перестало на палец налезать. Я папу ошарашила:
- Пап, я еду в свадебное путешествие в Прибалтику.
- Езжай, - философски отозвался папа, - тебе деньги нужны?
- Мне нужен ты! Как это я без тебя поеду?
Папа немного опешил:
- Но ты же вроде замуж вышла?
Я искренне возмутилась
- Замуж, так ты мне больше не отец, что ли? Как это я без тебя поеду???
Папа покладисто вздохнул:
- А кто еще едет?
- Женька, Ленка, Герман..
Папа снова вздохнул:
- Мне казалось, что ты вышла замуж?
- А, ну да, ну и муж тоже едет,
И папа повез всю развеселую компанию в Прибалтику. Мне не приходило в голову, что у него могут быть другие планы на отпуск. Это же мой папа! Мы сидели в ресторане в Риге, пятеро великовозрастных детей и и папа. Официантка принимала заказ. Я спросила :
- Пап, ты кофе будешь?
Официантка от почтения отступила на шаг и спросила
- А это все ваши дети?
- Мои, - скромно ответил папа.
Мне страшно не хватает папы. Вероятно, я была не самой лучшей дочерью, но как же я его любила. Когда я была маленькой, а он уезжал в командировку, он писал мне письма с картинками потому что я не умела читать. Подписи были печатными буквами, их читала мама. Не сохранились эти письма, а он писал каждый день. И каждый день рисовал картинки. Он совсем не умел рисовать. Когда я стала старше, он привозил мне из Болгарии или Югославии "фирменные" джинсы - какие мог. Он учил меня танцевать рок-н-рол. Он укладывал меня спать лет до 17, я не шучу, и пел мне на ночь песню. Или стихи читал. На гитаре играл, на семиструнке, или читал "Анну Снегину", или "Лиличке вместо письма". Он и назвал меня Лиличкой, потом все привыкли. Он был единственным, неповтримым, уникальным моим папой,  А сейчас все мои друзья, гладя на моего сына, вздрагивают - "Господи, не может быть, это же вылитый Владислав Борисович!" Сын разыскал папину юношескую фотографию в альбоме, долго изучал, удивлялся - "мама, правда похож?" Нет не, лицом не похож, но фигурой, жестами, манерой говорить, Фирменным жестом - пожать плечами, когда не хочется спорить. Характером, спокойствием, которое может раздражать, если преполагать за ним равнодушие, а на самом деле за этим выдержка. Мой папа очень редко раздражался, точнее редко это демонстрировал, сын тоже старается решать проблемы мирно. Сын играет на гитаре и умеет петь Summer time. Только слова забывает. Папа тоже забывал.
С днем рождения, папочка! Каждому по вере - у тебя внук, уникально похожий на тебя.А не лопух, все-таки.
polenova: (Default)
Ланцелот: — Работа предстоит мелкая. Хуже вышивания. В каждом из них придется убить дракона.
Мальчик: — А нам будет больно?
Ланцелот: — Тебе нет.
1-й горожанин: — А нам?
Ланцелот: — С вами придется повозиться.
Садовник: — Но будьте терпеливы, господин Ланцелот. Умоляю вас — будьте терпеливы. Прививайте. Разводите костры — тепло помогает росту. Сорную траву удаляйте осторожно, чтобы не повредить здоровые корни. Ведь если вдуматься, то люди, в сущности, тоже, может быть, пожалуй, со всеми оговорками, заслуживают тщательного ухода.


В советские времена у нас дома был всевозможный самиздат - и ксероксы, и машинописные копии, и даже фото, именно на фотографиях с Ардисовского издания я первый раз читала "Лолиту". А вот Шварца почему-то не было. Книжка была, но в ней не было "Дракона"."Тень" была, а "Дракона" не было. И папа мне "Дракона" пересказывал. Единственная книга, оказавшеяся для меня новой в перестройку был "Дракон". Оказалось, что папа пересказывал неправильно. В его пересказе Ланселот становился новым Драконом. Папа был насмешливым пессимистом. Я прибежала к нему и сказала - "Пап, ты был неправ, Ланселот не стал Драконом". Папа пожал плечами - наш семейный жест, когда мы ни в чем не уверены,-  и сказал - "Посмотрим". А потом близко к тексту процитировал фразу из начала поста.
А вышивальщиков пока не видать. Так ли был неправ папа, пересказывая мне сказку так, как он ее помнил?
polenova: (Default)
Давно так не было, а сегодня проснулась в слезах. Приснилось, что звонит мне папа, говорит, что хочет приехать. Голос его родной, насмешливый, и даже почти незаметное заикание.
- К-как ты думаешь, кой мне лететь авиакампаний?
- Папочка, только не КЛМ, любой, но не КЛМ, у них пересадка 4 часа, лети через Фракфурт.
Разбудила Петьку:
- Какой КЛМ, какой Франкфурт, ты с кем разговариваешь, утро скоро...
Я постаралась оттереть слезы незаметно и пробурчала - "Да ни с кем, приснилось..."
Памяти отца: Австралия
Ты ожил, снилось мне, и уехал
в Австралию. Голос с трехкратным эхом
окликал и жаловался на климат
и обои: квартиру никак не снимут,
жалко, не в центре, а около океана,
третий этаж без лифта, зато есть ванна,
пухнут ноги, "А тапочки я оставил" —
прозвучавшее внятно и деловито.
И внезапно в трубке завыло "Аделаида! Аделаида!",
загремело, захлопало, точно ставень
бился о стенку, готовый сорваться с петель.

Все-таки это лучше, чем мягкий пепел
крематория в банке, ее залога —
эти обрывки голоса, монолога
и попытки прикинуться нелюдимом
в первый раз с той поры, как ты обернулся дымом.
polenova: (Default)
Занялась разборкой фотоархива, но быстро бросила - очень уж депрессивное занятие. Часть фотографий надо выбросить, там какие-то неизвестные пейзажи и незнакомые мне люди. Остальные рассортировать, похоже, не сподвигнусь я на это никогда. Так и будут желтеть и пылиться. Нашла фотографию моей первой любви, где ему лет 20 - красавчик он там и вид хулиганский, одним словом - девичья смерть (не покажу и не просите, он мне голову оторвет). Нашла кучу фотографий сына, где он совсем маленький, со мной, с его неприлично счастливым папой, с моими родителями, такими молодыми, такими красивыми и такими живыми...

Нашла совершенно пронзительную фотографию
Мама, папа и пудель Майкл в Малаховке )

Ребята, кто из вас может мне помочь чуть-чуть почистить ее в фотошопе? Я совсем не умею, а фотография старая, нечеткая.
polenova: (Default)
Чем больше проходит времени, тем чаще я думаю про папу. Все, что не успела ни подумать, ни сказать. Папа не был особенно разговорчив, мы как-то без слов друг друга понимали. Он читал мне стихи, он мне пел, он научил меня танцевать рок-н-рол и раздражался, что у меня нет ни музыкального слуха, ни чувства ритма. С Андрюшей, моей первой любовью, еще я танцевала, и он тоже раздражался на отсутствие чувства ритма, а больше, собственно, и ни с кем. Чем больше проходит времени, тем сильнее я скучаю по папе, и тем больше на него становиться похож мой сын. Мама рассказывала, что в институте папу называли "мальчик с красивыми руками". У Дэвида лицо довольно выраженой кавказской национальности, а фигура и руки - папины. Тонкие, длинные пальцы, у меня почти такие же, но у Дэвида больше похожи. И лицо последнее время удлиннилось, от кавказской национальности только разрез глаз остался. У него папин характер, папина немногословность, а главное - папина терпимость. Принимать жизнь, как она есть и ни на что не жаловаться. Я не знаю, почему у меня и образ мамы, и образ папы навсегда ассоциируются с закатом. Они оба очень любили смотреь на закат, когда я читала "Маленького принца" первый раз, меня преследовало ощущение, что я это уже видела, слышала и знаю.
http://www.youtube.com/watch?v=eYNBO_ojk4o&feature=player_detailpage
Не умею я клип вставлять. "Мне кажется будто и музыка та же, послушай но как это было давно"
И вот это папа мне пел:
http://www.youtube.com/watch?v=eYNBO_ojk4o&feature=player_detailpage
polenova: (Default)
Я много раз писала, что папа мне пел довольно странные колыбельные. Вот одна из них, я даже умела наигрывать мелодию на семиструнной гитаре. Но на гитаре бренчать я научилась лет в семь, а песню помню как колыбельную: "Спи мой серенький волчек"
http://www.youtube.com/watch?v=C2V4SZM188k&feature=player_detailpage#t=2s
Ютюба тогда не было, тогда интернета в помине не было, все в устной традиции, я засыпала на маленьком раздвижном диванчике, а папа пел "А на кладбище все спокойненько". И еще Галича, "Петербургский романс", и еще Окуджаву "Там за поворотом Малой Бронной". Я засыпала, мне снились цветные сны, там за поворотом Малой Боронной собирались господа юнкера, дед даже во сне ворчал, что на германской войне ничего хорошего, а на кладбище, по традиции - и тихий гитарный перебор, и я уже не различаю слов и путаю мелодию - ах, да, папа напевает по-английски "Summer time". Папа не знал английского, только слова песен. "Sometimes I feel like a motherless child"
Прошло очень-очень много лет, ехали мы с моим, ну скажем другом, ночью из Манхеттена в Бруклин. В вагон вошел заблудший музыкнт, все концерты уже кончились, он просто ехал домой. Время было между двумя и тремя ночи. Мой Ангел подошел к нему, сунул в карман десятку и попросил : "Сыграй "Summer time". И на Бруклинский мост обрушился Саммер Тайм, фальшиво, но громко. Я прислонилась к плечу моего Ангела и заснула, у меня, как у ообаки Павлова на эту мелодию условный рефлекс. Когда я проснулась, музыканта не было, поезд стоял на конечной станции, Ангел будил меня, я цепляясь за его руку, вышла из метро. Не знаю, так ли любил меня мой Ангел, но он дотащил меня до морского берега, было начало июня, я устроилась у него на коленях головой, и в шуршании волн мне все еще слышался Summer time, и дурацкий саксофон над Бруклинским мостом. А потом мой Ангел замерз, отвел меня домой. Я вяло махнула рукой на прощание, губы так замерзли, что целоваться совершенно не хотелось. "Summer time", подумала я, вспомнила песенку про кладбище - и заснула без снов вообще. Проснулась в середине следующего дня, потому что мой Ангел уже сварил мне кофе. На улице было жарко. Кофе не хотелось.
polenova: (Default)
Не груши надо околачивать, не мечтать о кренделях небесных, не трепаться часами по телефону, а записывать то, что я помню. Потому что очень скоро наша Атлантида затонет совсем. Даже мой сын, который пытается всмотреться в прошлое, очертаний его не видит. А я еще помню, хоть и смутно, молодых родителей, их друзей, наш дом, "где всегда чей-нибудь день рождения". Я помню жизнь, в которой было невероятно легко. Я не знаю, легко ли было им, но мне повезло. Они никогда всерьез не заморачивались проблемами. Есть деньги - хорошо, поехали в Прибалтику. Нет денег - одолжим три рубля до получки. Они были состоятельными, по советским меркам, людьми, но жили своеобразно. На столе всегда была дорогая колбаса и даже икра, но у меня никогда не было зимних сапог. Сапоги мне прикупил мой первый, очень хозяйственный муж, а потом этим занимался Поленов. А мои родители жили "как птицы небесные". При этом жили они работой. От разговоров о математике меня тошнило, но на это обращали мало внимания. И еще стихами, книгами... Чего не было в этой жизни - это денег. Не в смысле, что мы были бедны, в смысле темы разгора. В 74 году папа купил машину. Деньги одолжил у тещи, своих не было. Расплатился в начале 90-х, теща великодушно простила инфляцию. Когда мы первый раз поехали на машине в путешествие, мы с мамой загрузили багажник. Машина присела на задние колеса. Папа филофски заметил - "Девочки, вы уверены, что это самолет?"
Я никогда не поняла, зачем произошло то, что произошло. Я не понимала, что мои родители разводятся. Это было такой чудовищной нелепостью, что я впала в ступор. А они пытались мне объяснить, от этого было еще хуже, я не хотела быть им подружкой, я хотела быть ребенком, а мне отвечали - "тебе уже 17 лет, а твоему любовнику 26". Ну и что? Как будто в 17 лет ребенок перестает быть ребенком. А потом прошла совсем короткая жизнь и их не стало. И мне уже не 17, голос моей первой любви звучит волшебным серебряным колокольчиком, и это все, что осталось. Да нет, нечего бога гневить, осталось гораздо больше. Осталась Малаховка, никто ничего не отнял. Просто я обещала Косте Кузьминскому разобрать фоторграфии - а я боюсь. Боюсь увидеть их молодыми, не очень старых бабушку и дедушку, боюсь погрузиться в жизнь, которой никогда не будет. Как бы мой любимый серебряный колокольчик не уверял меня в обратном.
polenova: (Default)
Не груши надо околачивать, не мечтать о кренделях небесных, не трепаться часами по телефону, а записывать то, что я помню. Потому что очень скоро наша Атлантида затонет совсем. Даже мой сын, который пытается всмотреться в прошлое, очертаний его не видит. А я еще помню, хоть и смутно, молодых родителей, их друзей, наш дом, "где всегда чей-нибудь день рождения". Я помню жизнь, в которой было невероятно легко. Я не знаю, легко ли было им, но мне повезло. Они никогда всерьез не заморачивались проблемами. Есть деньги - хорошо, поехали в Прибалтику. Нет денег - одолжим три рубля до получки. Они были состоятельными, по советским меркам, людьми, но жили своеобразно. На столе всегда была дорогая колбаса и даже икра, но у меня никогда не было зимних сапог. Сапоги мне прикупил мой первый, очень хозяйственный муж, а потом этим занимался Поленов. А мои родители жили "как птицы небесные". При этом жили они работой. От разговоров о математике меня тошнило, но на это обращали мало внимания. И еще стихами, книгами... Чего не было в этой жизни - это денег. Не в смысле, что мы были бедны, в смысле темы разгора. В 74 году папа купил машину. Деньги одолжил у тещи, своих не было. Расплатился в начале 90-х, теща великодушно простила инфляцию. Когда мы первый раз поехали на машине в путешествие, мы с мамой загрузили багажник. Машина присела на задние колеса. Папа филофски заметил - "Девочки, вы уверены, что это самолет?"
Я никогда не поняла, зачем произошло то, что произошло. Я не понимала, что мои родители разводятся. Это было такой чудовищной нелепостью, что я впала в ступор. А они пытались мне объяснить, от этого было еще хуже, я не хотела быть им подружкой, я хотела быть ребенком, а мне отвечали - "тебе уже 17 лет, а твоему любовнику 26". Ну и что? Как будто в 17 лет ребенок перестает быть ребенком. А потом прошла совсем короткая жизнь и их не стало. И мне уже не 17, голос моей первой любви звучит волшебным серебряным колокольчиком, и это все, что осталось. Да нет, нечего бога гневить, осталось гораздо больше. Осталась Малаховка, никто ничего не отнял. Просто я обещала Косте Кузьминскому разобрать фоторграфии - а я боюсь. Боюсь увидеть их молодыми, не очень старых бабушку и дедушку, боюсь погрузиться в жизнь, которой никогда не будет. Как бы мой любимый серебряный колокольчик не уверял меня в обратном.
polenova: (Default)
Через несколько дней день рождения моего отца. Первый день рождения без него. Это неестественно и невозможно. Он всю жизнь был человеком, сдержанным в эмоциях, а я считала, что он меня не любит. Он играл мне на гитаре и пел, потому что я плохо засыпала, он выносил меня на руках из ванны, чтобы я не застудила ножки, он поехал со мной в свадебное путешествие, только плечами пожал - "ну если тебе надо". Он читал мне стихи, которые до сих пор крутятся у меня в голове. А мне все казалось, что он не любит меня. Он возился с моими друзьями, он прощал нам украденную выпивку, он нас защищал, а мне все казалось - не любит. Однажды он из-за меня подрался, а мне все хотелось больше. Некому теперь жаловаться и некому сказать - "Папа, ты меня не любишь". Разве что сыну. Он очень похож на деда, да ведь не скажешь, незачем. Я поумнела, но очень поздно.
Это папа назвал меня Лиля. Маме страшно не нравилось, но он уперся. "Лиличке вместо письма". Я не знаю кого еще зовут в честь стиха. Нет, не Лили Брик, а именно стиха. Это папа читал мне "Анну Снегину", мама кричала из кухни - "не морочь ребенку голову", а я слушала, открыв рот. Если бы папа знал, к чему это приведет, но он не знал и я не знала. Когда мои родители разводились, я очень переживала, и бросила папе - "Ты ведешь себя, как будто тебе 17. Это мне 17, а тебе - 40". "Если ты в 17 чувствуешь себя на 40 - мне тебя жаль" - ответил папа. Что бы он сказал сейчас, когда я в почти пятьдесят чувствую себя на 17?
Мне надо привыкнуть, что папы нет. Того папы, который, якобы, меня не любил, сдержанного, насмешливого. Не щедрого на эмоции. Невероятного человека, а теперь - только мутные фотографии и дикая печаль. Что он меня любил, я знаю, а знал ли он, что я его очень любила? Или это фамильная черта - гоняться за призраками? Он знал, он всегда был умнее меня. Ну почему я не прилетела в Москву на пару дней раньше?
Я не любитель ходить на кладбище, и не верю что " мы встретимся в раю", да и папа ни во что не верил. Но мы встретимся, и я наконец скажу... Да нечего говорить, он и так знает.
polenova: (Default)
Через несколько дней день рождения моего отца. Первый день рождения без него. Это неестественно и невозможно. Он всю жизнь был человеком, сдержанным в эмоциях, а я считала, что он меня не любит. Он играл мне на гитаре и пел, потому что я плохо засыпала, он выносил меня на руках из ванны, чтобы я не застудила ножки, он поехал со мной в свадебное путешествие, только плечами пожал - "ну если тебе надо". Он читал мне стихи, которые до сих пор крутятся у меня в голове. А мне все казалось, что он не любит меня. Он возился с моими друзьями, он прощал нам украденную выпивку, он нас защищал, а мне все казалось - не любит. Однажды он из-за меня подрался, а мне все хотелось больше. Некому теперь жаловаться и некому сказать - "Папа, ты меня не любишь". Разве что сыну. Он очень похож на деда, да ведь не скажешь, незачем. Я поумнела, но очень поздно.
Это папа назвал меня Лиля. Маме страшно не нравилось, но он уперся. "Лиличке вместо письма". Я не знаю кого еще зовут в честь стиха. Нет, не Лили Брик, а именно стиха. Это папа читал мне "Анну Снегину", мама кричала из кухни - "не морочь ребенку голову", а я слушала, открыв рот. Если бы папа знал, к чему это приведет, но он не знал и я не знала. Когда мои родители разводились, я очень переживала, и бросила папе - "Ты ведешь себя, как будто тебе 17. Это мне 17, а тебе - 40". "Если ты в 17 чувствуешь себя на 40 - мне тебя жаль" - ответил папа. Что бы он сказал сейчас, когда я в почти пятьдесят чувствую себя на 17?
Мне надо привыкнуть, что папы нет. Того папы, который, якобы, меня не любил, сдержанного, насмешливого. Не щедрого на эмоции. Невероятного человека, а теперь - только мутные фотографии и дикая печаль. Что он меня любил, я знаю, а знал ли он, что я его очень любила? Или это фамильная черта - гоняться за призраками? Он знал, он всегда был умнее меня. Ну почему я не прилетела в Москву на пару дней раньше?
Я не любитель ходить на кладбище, и не верю что " мы встретимся в раю", да и папа ни во что не верил. Но мы встретимся, и я наконец скажу... Да нечего говорить, он и так знает.
polenova: (Default)
Сегодня папа умер. Похороны в среду. Сразу после я полечу в Америку. Спасибо большое всем, кто хотел мне помочь, но вроде помощью я полностью окружена, я не одинока, только живу нигде, т.е везде понемножку. Но это сейчас не самое главное. Завтра займусь делами, на сегодня мы с братом все отложили.
polenova: (Default)
Сегодня папа умер. Похороны в среду. Сразу после я полечу в Америку. Спасибо большое всем, кто хотел мне помочь, но вроде помощью я полностью окружена, я не одинока, только живу нигде, т.е везде понемножку. Но это сейчас не самое главное. Завтра займусь делами, на сегодня мы с братом все отложили.
polenova: (Default)
Это было ужасно давно. Так давно, что теперь и не верится. Я плохо засыпала, и папа перед сном или читал мне вслух Булгакова ( в школу я уже ходила), или Стругацких, или стихи - раннего Маяковского или Есенина - иногда играл на гитаре и пел. Чаще всего эту песню:
Read more... )

Папа не любит отвечать на вопросы, я не спрашиваю - почему именно эту. Хотя догадываюсь.
Когда мне было 7 лет, я изъявила желание научиться играть на гитаре. Надо сказать, что слух у меня отсутсвует начисто. Папа меня обучил трем аккордам - гитара была семиструнная, и одной песне "Я помню тот Ванинский порт". При том, что у меня был дефект речи - я не произносила "р" и "л", наверно, это было трогательно - "а в трюмах сидела братва, обнявшись как родные братья".
polenova: (Default)
Это было ужасно давно. Так давно, что теперь и не верится. Я плохо засыпала, и папа перед сном или читал мне вслух Булгакова ( в школу я уже ходила), или Стругацких, или стихи - раннего Маяковского или Есенина - иногда играл на гитаре и пел. Чаще всего эту песню:
Read more... )

Папа не любит отвечать на вопросы, я не спрашиваю - почему именно эту. Хотя догадываюсь.
Когда мне было 7 лет, я изъявила желание научиться играть на гитаре. Надо сказать, что слух у меня отсутсвует начисто. Папа меня обучил трем аккордам - гитара была семиструнная, и одной песне "Я помню тот Ванинский порт". При том, что у меня был дефект речи - я не произносила "р" и "л", наверно, это было трогательно - "а в трюмах сидела братва, обнявшись как родные братья".
polenova: (Default)
По наколке про фильм о Галиче попала на сайт телеканала "Культура". Фильма о Галиче там не оказалось, зато масса всего интересного. В том числе фильм "Застава Ильича", который потом стал "Мне 20 лет". У меня с этим фильмом особые отношения. Все действие фильма происходит в моем дворе. Съемочная группа просилась поснимать с нашего балкона, но бабушка не пустила, мама моя была беременна на 9-м месяце мною, бабушка боялась, что шум, съемки, ей повредят. Снимали с 4-го этажа. А я тем временем родилась. Моим родителям было "20 лет" - 25 - папе, 21 - маме.
Мои родители фильм не любили. Т.е. отдавали должное режиссеру, но от идеологии их тошнило. Папа на мои вопросы, отряхивался, как собака, на которую брызнули водой:
- Ты думаешь, я идиот? Какой коммунизм? Спроси дедушку, он жив, слава богу! Мы такими не были.
Мама, человек осторожный, облекала свою непрязнь в другие слова, но от фильма категорически открещивалаь. Обычно говорила:
- Ты у папы спроси, у твоего отца отличный вкус. И вообще, лучше бы ты Феллини посмотрела. Хотя Хуциев - великолепный режжисер, да...
Откуда я в 70-е годы знала эти фильмы? Да просто. Был кинотеатр "Иллюзион", была 91-я школа и Роман Яковлевич, который приобщал нас к кино. И водил нас в кино, то на "Июльский дождь", то на "Ночи Кабирии", "Жил певчий дрозд", "Пепел и алмаз"...
А я все пытаюсь понять, какими же были мои родители, если не такими, как в кино. Мама уже ничего не расскажет, ее нет. А папа уклоняется от разговоров, довольно ловко. С фильмом "Июльский дождь", который называли "Мне 30 лет", они не спорили. Да и Роман не показывал "Мне 20 лет", не любил. Мне все кажется, пойму я их - и откроется мне истина. Ни фига мне не откроется. Порвалась связь времен. А мой сын, что странно, живя в другом мире, пыиается решить мои вопросы, а что я ему скажу, если сама ничего не понимаю.

Мои родители всегда были искренни, откровены - и непонятны. Позиция - "я сюда не принадалежу, но деньги получаю", ввергала в недумение мою подростковую душу. Теперь-то и сама так думаю, но мне это кое-что стоило. Я не осуждаю моих маму и папу за малодушие, у них, кроме моего благополучия, было их личное. И все равно, даже будучи н взрослой, а старой, до конца я их не понимаю.
polenova: (Default)
По наколке про фильм о Галиче попала на сайт телеканала "Культура". Фильма о Галиче там не оказалось, зато масса всего интересного. В том числе фильм "Застава Ильича", который потом стал "Мне 20 лет". У меня с этим фильмом особые отношения. Все действие фильма происходит в моем дворе. Съемочная группа просилась поснимать с нашего балкона, но бабушка не пустила, мама моя была беременна на 9-м месяце мною, бабушка боялась, что шум, съемки, ей повредят. Снимали с 4-го этажа. А я тем временем родилась. Моим родителям было "20 лет" - 25 - папе, 21 - маме.
Мои родители фильм не любили. Т.е. отдавали должное режиссеру, но от идеологии их тошнило. Папа на мои вопросы, отряхивался, как собака, на которую брызнули водой:
- Ты думаешь, я идиот? Какой коммунизм? Спроси дедушку, он жив, слава богу! Мы такими не были.
Мама, человек осторожный, облекала свою непрязнь в другие слова, но от фильма категорически открещивалаь. Обычно говорила:
- Ты у папы спроси, у твоего отца отличный вкус. И вообще, лучше бы ты Феллини посмотрела. Хотя Хуциев - великолепный режжисер, да...
Откуда я в 70-е годы знала эти фильмы? Да просто. Был кинотеатр "Иллюзион", была 91-я школа и Роман Яковлевич, который приобщал нас к кино. И водил нас в кино, то на "Июльский дождь", то на "Ночи Кабирии", "Жил певчий дрозд", "Пепел и алмаз"...
А я все пытаюсь понять, какими же были мои родители, если не такими, как в кино. Мама уже ничего не расскажет, ее нет. А папа уклоняется от разговоров, довольно ловко. С фильмом "Июльский дождь", который называли "Мне 30 лет", они не спорили. Да и Роман не показывал "Мне 20 лет", не любил. Мне все кажется, пойму я их - и откроется мне истина. Ни фига мне не откроется. Порвалась связь времен. А мой сын, что странно, живя в другом мире, пыиается решить мои вопросы, а что я ему скажу, если сама ничего не понимаю.

Мои родители всегда были искренни, откровены - и непонятны. Позиция - "я сюда не принадалежу, но деньги получаю", ввергала в недумение мою подростковую душу. Теперь-то и сама так думаю, но мне это кое-что стоило. Я не осуждаю моих маму и папу за малодушие, у них, кроме моего благополучия, было их личное. И все равно, даже будучи н взрослой, а старой, до конца я их не понимаю.
polenova: (Default)
В френд-ленте попалась цитата из Винера и я вспомнила об этой фотографии. Она большая, потому под кат:
Read more... )
Авгст 60-го года, Москва. В центре - Норберт Винер. Крайний слева в первом ряду - мой папа. Крайний справа - мой дядя. Между папой и Винером - Самоил Натанович Брайнес, тот, который, как Филипп Филиппыч, занимался омоложением, причем успешно. Я ее уже когда-то выкладывала, но не грех еще раз похвастаться.
polenova: (Default)
В френд-ленте попалась цитата из Винера и я вспомнила об этой фотографии. Она большая, потому под кат:
Read more... )
Авгст 60-го года, Москва. В центре - Норберт Винер. Крайний слева в первом ряду - мой папа. Крайний справа - мой дядя. Между папой и Винером - Самоил Натанович Брайнес, тот, который, как Филипп Филиппыч, занимался омоложением, причем успешно. Я ее уже когда-то выкладывала, но не грех еще раз похвастаться.

October 2015

S M T W T F S
    123
456789 10
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 02:35 pm
Powered by Dreamwidth Studios